Пресса

Стеклянная тюрьма

Елена Ванчугова | "Тульский курьер"

В последнее время альтернативного искусства в мире стало больше, чем искусства обычного. Просто потому, что это модно.

Каждый творческий человек считает, что если он напишет книгу, снимет фильм или поставит спектакль не так, как это принято делать, а совершенно наоборот, то произведет фурор и будет признан настоящим художником. Зрители тоже заражены всеобщим поветрием и готовы платить бешеные деньги, чтобы лицезреть чтонибудь этакое. Наш город пока еще далек от этой моды, и потому альтернативное искусство здесь прозябает. И мало кто знает, что в Туле есть, например, камерный драматический театр. Этому театру уже два года,он, как и полагается, но не мечтается настоящим артистам, постоянно бродяжничает из одного помещения в другое и живет исключительно за счет проданных билетов. Ну а поскольку со зрителями у него не густо, денег порой не хватает даже на афиши. Тем не менее в репертуаре уже четыре спектакля, к выпуску готовятся еще два, а в конце туннеля мерцает свет гастролей. Вот только туннель очень длинный. Театр берется только за остро проблемные и актуальные пьесы вроде «Стеклянного зверинца» Теннеси Уильямса.
Каждый из героев этого спектакля живет в своем маленьком мирке, в стеклянной тюрьме, из которой как будто бы нет выхода: мать Аманда дорожит своими воспоминаниями, ее сын Том, работающий простым клерком, мечтает о романтических приключениях и творчестве, хромая дочь Лаура печется о своих стеклянных игрушках. Герои безнадежно цепляются за настоящее, при этом отдавая предпочтение миру вымышленному. Именно поэтому, с развитием действия, зритель все меньше понимает, какая реальность важнее и существеннее для героев.
Эту же хрупкость, и даже иллюзорность действительности подчеркивают аскетичные, почти схематичные декорации. Прозрачная занавеска, символизирующая пелену воспоминаний, тусклая мебель, сверкающие стеклянные игрушки — здесь могут обитать только куклы. В спектакле непонятно, кому принадлежит главенствующее положение. Здесь люди мечтают, забывая о таких будничных неприятностях, как, например, плата за электричество.
Единственное событие, происходящее на сцене, занимает все второе действие. В гости к семейству Аманды приходит Джим. Этот молодой человек за один вечер переворачивает всю внутреннюю жизнь Лауры. Он знает, как отличиться на службе. Он уверен в том, что достигнет успеха и разбогатеет, его не мучают так называемые «вечные» вопросы. Джим самоуверенно заявляет Лауре, что он разбирается в людях не хуже любого психолога, и все ее проблемы — «из-за комплексов». Он — единственный из героев, за чью судьбу зрители могут быть абсолютно спокойны.
Аманда, Лаура и Том — совсем другое дело. Никто из них так и не найдет язык с окружающей действительностью. Реальность так и останется для них ненадежной и хрупкой конструкцией. Они, как и любые мечтатели, тоньше и беззащитнее всякой стеклянной игрушки, которую так легко разбить.
— В чем главное отличие вашего Камерного театра от всех остальных?
— В тех спектаклях, которые ставит театр, а также в темах, которые в них затрагиваются. Мы хотели бы играть в театре, который во главу угла ставит не развлечение зрителей, а решение нравственных проблем. Например, в «Стеклянном зверинце» — проблема духовности. А вообще камерный театр — это обращение непосредственно к зрителю. Хотя бы потому, что данный вариант постановки предполагает небольшой зал, малую сцену.
— Сколько актеров работают в вашем театре?
— Коллектив состоит из актеров разных тульских театров, которые решили объединиться и создать нечто свое, независимое. На данный момент у нас работают семь человек. Я имею в виду — на постоянной основе. Остальные — по контракту, то есть только в определенных спектаклях. Например, с нами работает такой известный тульский актер, как Олег Спиренков.
— Вы лично — из какого театра?
— После того как я закончил Щукинское училище в Москве, мне удалось поработать практически во всех тульских театрах. Долго искал себя... В нашем камерном театре я выступаю и в роли актера, и художественного руководителя и даже директора.
— Сколько спектаклей насчитывает ваш репертуар?
— Уже четыре. Два взрослых: «Стеклянный зверинец», «Двое на качелях» и два детских: «Сказки из шарманки», «Горошина для принцессы». Сейчас мы готовим спектакль по пьесе Жана Кокто «Шансон», а затем будем ставить «Божественную комедию» Исидора Штока.
— Что самое тяжелое в создании собственного независимого театра?
— Самая огромная проблема — это финансирование. Чтобы создать свой театр, нужно иметь хороших спонсоров. А если их нет, как у нас, приходится выживать на самоокупаемости. С другой стороны, мы ни от кого не зависим и можем делать то, что хотим. Большие трудности у нас с помещением. Аренда сейчас безумно дорогая, а бескорыстно никто в свое здание не пустит. Одно время мы сотрудничали с ДК машиностроителей. Теперь вот, к счастью, нас приютил Дом офицеров. Но здесь мы проводим только генеральные репетиции и спектакли. Черновые репетиции проходят в небольшом полуподвальном помещении на Луначарского, 17, которое мы арендуем у города. Все остальные проблемы — с костюмами, декорациями и теми же афишами — просто вытекают из безденежья. Тем не менее наш репертуар расширяется, и мы этому очень рады.
— Помогают ли вам городские власти?
— Практически нет. Если говорить о том же комитете по культуре, у них уже есть один подопечный театр — муниципальный. Говорят, что тянуть еще один коллектив будет проблематично. Тем более что мы представляем камерный театр. Наверное, для провинциапьного города — это довольно непривычная и своеобразная вещь.
— Камерный театр для вас и ваши актеров — единственная работа или вы занимаетесь чем-то еще?
— По идее, для того чтобы зарабатывать деньги для развития театра, надо заниматься чем-то еще. Но мы отдаем столько сил на создание того или иного спектакля, что на подработку времени не остается. Для нас и, надеюсь, для зрителей тоже театр — это нравственная религия.
— Существует ли в принципе для вашего театра возможность поехать на гастроли? — Сейчас ведутся переговоры о гастролях в Воронеже. Это очень творческий город, где приветствуются такие альтернативные формы искусства.
— Есть ли какой-то отклик на вашу деятельность от артистов и сотрудников других тульских театров?
— Вы знаете, удивительно, но интерес к нам есть! Не скажу, что часто, но к нам приходят. Бытует такое мнение, что актеров раздирает страшная конкуренция. И в рамках одного коллектива это действительно — распространенное явление. Но, как ни странно, между актерами разных театров существует некое братство. И это очень приятно. Взгляд со стороны вообще очень важен для театрального искусства. Тем более если это — взгляд коллег, которые знают всю нашу кухню.
— Кто занимается в вашем театре декорациями?
— В этом вопросе нам очень повезло: сценографией занимается главный художник ТЮЗа Татьяна Матус. Причем она работает с нами абсолютно бескорыстно.
— Появился ли у вас за эти два года постоянный зритель?
— Да, со зрителями нам повезло. Поскольку мы играем в камерной обстановке и периодически проводим встречи с публикой, то многих знаем уже в лицо. Некоторые приходят на один и тот же спектакль по нескольку раз.
— Можете дать возрастную характеристику своему зрителю?
— Очень много студентов, но зре¬лые люди и даже пенсионеры тоже часто встречаются. Вообще состав зрителей на том или ином спектакле просто непредсказуем. Что же каса¬ется детских спектаклей, то чаще всего мы играем их не на стационар¬ной сцене, а на выезде — в школах и детских садах.
— Какими знаками внимания вас одаривают?
— Главный подарок для нас — это само присутствие зрителей на спектакле! Приятно, конечно, если кто-то принесет цветы, но такое бывает редко. Иногда приходят за кулисы за автографами. К тому же у нас есть своеобразная книга отзывов, куда каждый зритель может записать свои впечатления от спектакля. Там бывают очень бурные сочинения — чаще всего по поводу темы спектакля. Как я уже говорил, у нас есть неплохая традиция проводить творческие встречи со зрителем. Особенно эмоционально проходят вечера, посвященные «Стеклянному зверинцу». Наверное, потому что этот спектакль как никогда актуален. ДЕКОРАЦИИ ИЗ НИЧЕГО
Перед спектаклем мы заметили в зале главного художника ТЮЗа Татьяну Матус, которая помогает камерному театру с декорациями и, как рассказывают бывалые зрители, приходит на каждый спектакль.
— Татьяна Александровна, чем вас привлекла идея сотрудничества с камерным театром? — Меня привлекла бескорыстная увлеченность этих людей, которые собрались заниматься искусством не ради коммерции, а ради искусства. По-моему, это очень интересно. Чем больше разных форм театрального искусства в городе, тем лучше для зрителя!
— В чем разница для вас как художника между теми декорациями которые вы делаете для спектаклей стационарного театра и камерного?
— В стационарном театре я просто придумываю оформление. Там у меня нет такой проблемы, как и из чего потом сделают эти декорации. Здесь же гораздо острее ощущаются материальные затруднения. Приходится напрягать всю свою фантазию, чтобы из ничего сделать конфетку. Еще одна сложность в том, чтобы эти декорации было довольно легко собрать, убрать и перевезти, поскольку у театра нет своего помещения.
— Как же вы создаете декорации в таких спартанских условиях?
— По принципу: с миру по нитке, голому — рубашка. Кто-то что-то принесет, что-то покупаем на театральных распродажах.
— Самый оригинальный пример как из ничего получилась конфетка?
— В детском спектакле «Сказки из шарманки» у нас были только бруски и голая ткань. Я решила создать совершенно сказочный антураж и сделала то, чего вообще никогда раньше не делала в стационарных театрах: взяла и все это сама расписала!